Однако, Александр III знал, что его не готовили к исполнению обязанностей царя, вследствие чего он не обладает необходимыми познаниями, поэтому был самокритичен к себе, при принятии решений всегда выяснял мнение специалистов, которые старался понять, чтобы самому принять ответственное решение, за которое отвечал перед своею совестью сам, а не пенял специалистам, что те дескать так ему посоветовали. Был способен признать неправоту свою. Никогда не отступал от данного кому-бы то ни было слова, даже если выяснялось, что его ввели в заблуждение, и, нарушив прежнее обещание, можно получить лучшее решение какой-то проблемы в государстве.

На международной арене его авторитет был высок: в 1891 г. он был третейским судьей в территориальном споре между Францией и Голландией по поводу их колоний в Гвиане. В 1891 г. был заключен франко-русский союз, отрезвивший горячие головы в Берлине и Вене. Тогда же еврейские банкиры Франции предоставили заем России, хотя до этого 10 лет отказывали под предлогом антисемитизма Александра III. С этим же займом связан эпизод с попыткой оклеветать русского министра финансов И.А.Вышнеградского

В целом во время царствования Александра III военно-экономический потенциал России рос в условиях относительно спокойно внутри— и внешнеполитической обстановки. К 1894 г. Россия оправилась от последствий войн третьей четверти XIX века и готовилась вступить в новый этап своего развития. С.Ю.Витте пишет:

«В начале, когда этот порт (речь идет о Либаве, ныне Лиепая в Латвии) начал строиться, по мысли морского и военного министерств, предполагалось сделать из этого порта главную базу, но у императора Александра III возникли сомнения.

У него была мысль устроить порт в таком месте, где бы, с одной стороны была гавань, незамерзающая круглый год, а с другой стороны, гавань та должна была быть совершенно открыта, то есть, чтобы был такой порт, из которого можно было бы выходить в море